Экология

Охрана природы

С позиций охраны природы, генофонда биосферы разнообразные агроценозы заслуживают внимания как специфические места обитания многих видов диких животных и растений. Вместе с тем следует, по-видимому, отметить, что не может не вызывать беспокойства изменение видового состава агроценозов, ведь местные сорта и разновидности культурных растений могут исчезать, вытесняемые «сиюминутной» практикой.


Следует признать и то, что мы не знаем до сих пор, как происходит эволюция биогеоценозов, экосистем, как связаны с ней наблюдаемые явления (например, сукцессии — закономерные смены этапов развития экосистем). Не выделены еще элементарные эволюционные явления такого уровня организации жизни. Несомненно однако, что при крупномасштабных изменениях в условиях существования жизни на нашей планете разнообразие живого не уменьшалось, и это было главной чертой ее эволюции.
Увеличение числа видов со все более разносторонними адаптациями к все более разнородной среде стимулировало дальнейшую эволюцию, а с другой стороны, означало увеличение разнообразия живого и постоянное усложнение биогеоценозов и других, более крупных экосистем, а в конечном счете и всей биосферы в целом.


Вот почему сохранение выработанного в процессе эволюции качественного многообразия, по существу, является стратегической задачей охраны природы. Утрата «суммы жизни» необратима и невосполнима. Более того, она ведет к «свертыванию жизни» — ее инволюции, а такое вырождение эволюции до своей противоположности противоречит закономерностям естественной истории развития биосферы.


— Здесь и возникает вопрос: каковы пути сохранения многообразия живой природы? Как обеспечить «стратёгические резервы» дальнейшей эволюции биосферы в интересах развития человечества?
— Мир, окружающий нас, неизбежно меняется, и в большинстве случаев мы пока не можем контролировать эти изменения. Факт этот следует признать со всей очевидностью, ведь и фоновый уровень глобального загрязнения меняется. А по многим веществам-загрязнителям — уже только один-два порядка величин отделяют этот уровень от опасного для существования живой природы. Никто никогда не применял, скажем, пестициды на Байкале или в Антарктиде, однако уловимые их концентрации в организмах байкальских тюленей, пингвинов были обнаружены в свое время. В ледниках Гренландии накапливается ртуть. А это инерционные процессы, прогнозировать последствия которых мы не умеем.
Ясно, что биосфера не может сохраниться неизменной. Поэтому, когда поставлена задача сохранения тех или иных редких видов, часто возникает вопрос: чего в конечном итоге мы хотим добиться? Можно ли сохранить отдельный вид как реликт, если невозможно создать ему «первобытных» условий дикого существования?
Мы не сможем сохранить ни один вид в неизменном состоянии! И не удивительно, что, восстанавливая и сохраняя исчезающие виды, желая того или нет, изменяем их так или иначе, помогая «встраиваться» в нашу биосферу. Поэтому дело не в том, чтобы сохранить природу в том виде, в котором она существовала или есть. Суть вопроса в сохранении видового разнообразия, генофонда биосферы, обезвреживание (детоксикация) которой становится насущной проблемой сегодняшнего дня, важнейшим условием охраны   живой природы.


История развития жизни на Земле свидетельствует о том, что живая природа имеет огромные резервы адаптации к глобальным перестройкам. И в современную Эпоху усиления антропогенного воздействия на биосферу наша задача резервы эти активизировать, реализовать. Будущее охраны живой природы — это управляемая эволюция, концепция которой еще в 20-е годы XX столетия выдвинута Н. Вавиловым. Такой подход становится основой для оптимизма в прогнозах перспектив развития взаимоотношений человека и природы.


В этой связи перспективы сохранения многообразия живого определяют три взаимосвязанных  направления: развитие сети специальных охраняемых природных территорий, развитие «центров выживания» и размножения редких форм, а также консервация генофонда, наконец, переход к управляемой эволюции по отношению к все большему числу видов и групп организмов.
Представляется, что управляемая эволюция — это процесс сознательно направляемого человечеством развития живой природы с целью увеличения эффективности использования биологических природных ресурсов в ближайшем будущем и поддержания основных характеристик биосферы и экосистем отдельных регионов в стабильном состоянии. Процесс этот сопровождается (как и в природной биологической эволюции) изменением ге-нотипического состава популяций, формированием адаптации, образованием и вымиранием видов (при сохранении и увеличении «суммы жизни»), преобразованиями биогеоценозов.
Конечно, если бы процессы антропогенного преобразования биосферы шли медленнее, в масштабах времени, соизмеримых с ходом природной эволюции (а для возникновения нового вида с продолжительностью жизни одного поколения в несколько лет требуются тысячелетия), большинство существующих видов, вероятно, успело бы приспособиться к новым условиям, приобретая соответствующие адаптивные свойства. В этом смысле выглядит убедительно гипотеза Дж. Фишера, что плейстоценовая фауна Африки (слоны, носороги, бегемоты, многочисленные антилопы и крупные хищники) потому и сохранилась, что эволюционировала вместе с человеком, постепенно адаптируясь к сосуществованию с ним.
И действительно, зарождавшееся человечество на4 протяжении нескольких миллионов лет сосуществовало с плейстоценовой фауной. Скорость же последующего распространения человека на Земле оказалась, по-видимому, слишком большой для выработки адаптации у истребленных в то время видов животных других регионов.


Обсудить вопрос в студенческом форуме

 

Сайт содержит информацию о учебном заведении и студенческой общине и не является официальным