Экология

Прогресс и экология

— Охрана природы, рациональное использование природных ресурсов основываются на экологических знаниях и представлениях. И разработка научных основ теории и практики природопользования немыслима без изучения естественной природы, не затронутой хозяйственной деятельностью человека. Только в процессе изучения заповедной природы можно практически реализовать такие важнейшие природоохранные идеи, как сохранение генофонда, создание эталонов природы, использовать экологический мониторинг, познать закономерности естественного развития живого на Земле.
Между тем заповедные «лаборатории природы» уже имеют свою историю, в целом отражающую прогресс в развитии экологической науки и природоохранной деятельности в нашей стране.
Вопрос Константину Павловичу Филонову: как возникли и развивались представления о практической ценности изучения природы в заповедниках? Что, с вашей точки зрения, надо учитывать, говоря об уникальности их научно-информационного ресурса?
— Истоки территориальной формы сохранения живой природы прослеживаются в глубокой древности, а на рубеже XIX—XX веков в России развитию научной мысли в этом направлении способствовало усилившееся общественное движение за создание природных заповедников. И с самого начала для отечественных заповедников было характерно, отличало их от подобных учреждений за рубежом и в дальнейшем научное изучение происходящих в них естественных процессов, нацеленное на познание экологических балансов, сущности природного равновесия. Исследования были ориентированы прежде всего на практические цели охраны природы.
Так, например, созданный при зоопарке Аскания-Нрва в 1898 году Ф. Фальц-Фейном заповедник отличался от североамериканских' национальных, парков (коммерческих в своей сущности) тем, что в нем велись широкие научные исследования по изучению степной флоры и фауны, направленные на разработку организационно-методических приемов по сохранению ковыльных степей как природного комплекса, единого целого. Такой подход, свойственный именно отечественным заповедникам, открывал большие перспективы в отношении комплексного изучения охраняемых природных экосистем.
Впервые в истории заповедного дела здесь была реализована идея буферной системы для ослабления неблагоприятных воздействий на природу заповедника извне: вокруг заповедного участка располагались кольцевые зоны с различным режимом хозяйственного использования. В заповедной части и буферных зонах проводились интенсивные научные исследования с целью сохранения и восстановления ковыльных степей.
Разработка принципов научно-исследовательской работы на заповедных территориях началась даже раньше, чем возникли первые в России государственные заповедники (в частности, Баргузинский в 1916 году). И определяющее влияние оказали экологические работы Н. Северцова (1855), В. Докучаева (1895), Г. Высоцкого (1901), И. Пачоского (1910). Основы заповедного дела были заложены учеными — деятелями охраны природы, среди которых выдающийся вклад внесли И.. Бородин, Г. Кожевников, А. Семенов-Тян-Шанский, Д. Соловьев. Идея создания первых русских государственных заповедников была горячо поддержана Г. Морозовым и В. Сукачевым.
Ныне же заповедное дело становится самостоятельной научной дисциплиной, находящейся на стыке ряда естественных наук. И это закономерно, ведь только комплексный подход может принести реальные положительные результаты при разработке теории и практики заповедного дела, имеющего такой специфический и многоплановый объект исследования, свою собственную задачу и цель. Не случайно в настоящее время за рубежом появился термин «консервейшн байолоджи», означающий содержание той части биологической науки, которая связана с разработкой принципов сохранения и восстановления естественных (или полуестественных ^~ затронутых деятельностью человека) экосистем. У нас это понятие переводится как «биология охраны природы».
В чем же видели классики заповедного дела пользу «лабораторий природы» практически?
В классических представлениях, обобщенных Г. Кожевниковым (1909, 1911), первостепенное значение придавалось изучению естественных процессов в условиях полной неприкосновенности заповедной природы, вне каких-либо искусственных влияний со стороны человека. В более поздних (\925, 1928) работах Кожевникова, вобравших в себя опыт непродолжительной деятельности первых заповедников (в дореволюционную эпоху), даны уже в развернутой форме основные программные и методические вопросы конкретных направлений таких исследований, их особенность и отличие от работ, специфичных для других биологических учреждений. Конечной целью подобного рода комплексных исследований должно было стать «изучение законов эволюции органического мира», и непременным условием ставилась непрерывность стационарных наблюдений, охватывающих практически все многообразие природы в течение неопределенного по длительности времени (до ста лет и более).
Таким образом, пользу заповедников как научных учреждений Г. Кожевников и многие из крупнейших биологов видели прежде всего в сборе данных о состоянии природы, фактов, характеризующих развитие естественных природных процессов и явлений, чтобы иметь возможность изучить законы природы, выяснить то биологическое равновесие, которое царит в ней. И поэтому они считали, что природа в заповедниках должна быть предоставлена самой себе, развиваться без вмешательства человека, а охраняемые участки должны представлять наиболее типичные формации, такие, как целинная степь, первобытная тайга, в условиях, по возможности приближающихся к первозданным. И в этом также они видели важнейшую задачу заповедников, имеющую огромную историческую и культурную ценность для всего человечества.
Сейчас можно сказать, что принципы эти выдержали проверку временем, оказавшись актуальными и теперь, спустя более чем 70 лет. Достаточно привести такой пример, хорошо известный: Первый международный конгресс по биосферным заповедникам, который подвел итоги первого десятилетия создания их мировой сети в рамках программы ЮНЕСКО «Человек и биосфера» (МАБ), не случайно проводился в Советском Союзе (Минск, 1983 год). Именно у нас накоплен богатый опыт постановки научных исследований и стационарных наблюдений - в заповедных «лабораториях природы». И важнейшей особенностью этого опыта является то обстоятельство, что только в наших заповедниках наблюдения й систематические исследования проводятся на протяжении многих десятилетий подряд постоянно действующими коллективами научных сотрудников.
Таким образом, современные представления о принципах индикации состояния окружающей природной среды явились одним из этапов в развитии идей и программ, заложенных в трудах классиков   отечественной экологической науки. В наше время в результате глобального давления человека на природу проявились биосферные функции заповедных территорий — как индикаторов состояния биосферы в целом, необходимых для экологических прогнозов, и как своеобразных регуляторов ее устойчивости, если иметь в виду всю сумму охраняемых природных территорий, требуемую для поддержания существующего природного равновесия. Наконец, заповедники служат цели сохранения генофонда живой природы на планете, качественного многообразия жизни на планете.
Что касается изучения живой природы на уровне сообществ и экосистем, то фундаментальная наука без натурных исследований естественных биогеоценогиче-ских связей обойтись не может, а следовательно, и без заповедных «лабораторий природы». Именно в заповедниках обосновываются конкретные рекомендации по восстановлению природных комплексов — биоценозов, по их рациональному использованию, ставятся задачи, связанные с прогнозированием состояния и развития природных комплексов и с поиском путей управления природными процессами в экосистемах, решается проблема сохранения редких и исчезающих видов растений и животных в условиях естественных сообществ и экосистем.
Примечательно, что в период становления заповедного дела в стране (1919—1930 годы) возникла потребность применения количественных методов в изучении биоценозов в совокупности с анализом погодно-клима-тических условий (С. Северцов, 1929) и таким путем решались важные теоретические и прикладные вопросы. Уже тогда придавалось большое значение изучению связей организмов с окружающей неорганической средой, ее физико-химическими свойствами (В. Буковский, 1931). При этом необходимость разработки и применения количественных методов подчеркивали и другие ученые, считалось, что полноценные научные результаты могут быть получены в заповедниках лишь при соответствующей математической обработке собранных материалов.
В этот период и были заложены основы будущей географической сети заповедников страны, произошло их становление как специфических научных учреждений. Й хотя регулярная стационарная работа еще не была налажена (во   многих заповедниках   ее проводили с помощью экспедиций), не хватало специалистов, а материальное обеспечение находилось на низком уровне, работа тем не менее велась и были получены предварительные материалы.
Поэтому уже на Первом Всероссийском съезде по охране природы С. Северцов (1930) выступил с первыми итогами научной деятельности в «лабораториях природы». В резолюции съезда заповедники рассматривались как эталоны природы, была подчеркнута необходимость скорейшей организации заповедников с тем, чтобы охватить их сетью все характерные природно-хо-зяйственные районы.
Создавалась возможность воплотить идеи классиков заповедного дела в жизнь?
Казалось бы. Между тем к началу 30-х годов сформировался и иной, утилитарный, взгляд на заповедное дело, на содержание научных исследований в заповедниках, на практическую пользу «лабораторий природы». А прошедший в январе 1933 года Первый Всесоюзный съезд по охране природы и содействию развитию природных богатств закрепил развивавшиеся узкопрактические тенденции в деятельности заповедников.
Так на более чем двадцатилетний период истории утвердилось представление о практическом использовании заповедной природы в направлении ее обогащения, путем искусственного создания высокопродуктивных сообществ. Возникла необходимость, по выражению В. Макарова (1935), «окончательно изжить еще оставшийся кое-где фетиш неприкосновенности природы заповедников».
Под этим углом зрения планировались и осуществлялись научные исследования как в наступившем биотехническом периоде развития заповедного дела (1931 — 1950 годы), так и в последовавшем за ним периоде спада деятельности заповедников (1951—1955 годы), когда число их в стране было значительно сокращено. Исследования в то время обеспечивали развертывание практических работ по обогащению флоры и фауны, главным образом путем целенаправленного изменения и пополнения (акклиматизации, реакклиматизации, интродукции) природных сообществ с помощью биотехнических мероприятий.
Несомненно, для решения народнохозяйственных задач требовалось изучить ценность (или вредоносность) отдельных видов животных и растений, разработать мё* тоды восстановления численности хозяйственно ценных видов, проводить эксперименты по акклиматизации и интродукции, пО улучшению хозяйственно ценных качеств промысловых зверей, по одомашниванию и разведению ценных и редких видов диких животных так же, как и исследований изменений в составе флоры и фауны природных комплексов под влиянием хозяйственной деятельности человека.
 


Обсудить вопрос в студенческом форуме

 

Сайт содержит информацию о учебном заведении и студенческой общине и не является официальным